ГЛАВА 80

Женщина открыла глаза. Она лежала на земле. Платье развевалось на ветру, оголив ноги почти полностью. Она поднялась и осмотрелась: вокруг нее простиралось огромное поле, заросшее травой, кое-где росли одинокие деревья. Ничего не напоминало ей, где она могла находиться. Вдалеке слышался шум машин – по всей видимости, там проходила автострада. Она пошла в ту сторону. 

- Скажите, до Буэнос Айреса далеко? – женщина спросила водителя остановившегося грузовика.

- Да километров пятьдесят будет, - ответил водитель, оглядев ее с ног до головы.

- Подвезете? Правда, у меня нет денег.

- Садитесь.

Она быстро забралась на сиденье и хлопнула дверью. Машина тронулась с места.

По дороге в город она вспоминала все, что произошло с ней в последнее время. Вот она идет с работы домой, подходит к своей квартире, ее хватают, зажимают рот. Ее куда-то везут, она не знает, у нее завязаны глаза. Чье-то вонючее дыхание рядом и руки, которые лезут ей под блузку. Она отбивается. Ее приводят в какое-то помещение, усаживают на стул, связывают  руки, развязывают глаза. Она в каком-то складе, кругом валяются детали, обломки  механизмов. Два лица, которые кричат на нее, требуют назвать место, где спрятался Пабло. Она отвечает, что не знает. Они снова спрашивают, потом один ударил ее. Она заплакала, ей больно и страшно. Потом ей снова завязали глаза. Чей-то голос, командует, уходит. А потом…. Лучше не вспоминать, что было потом. Она почувствовала тошноту.

- С Вами все в порядке? – участливо спросил шофер.

- Да, - она слегка улыбнулась.

Он высадил ее рядом с парком «Перейра Ираола». Дальше ей предстояло добираться самой, без денег, пешком. Но самое главное, она уже в городе. Она дойдет.

- Никуда я не поеду! – заявил Нико.

- Но почему? – не понимала Антонелла. – Мы так давно никуда вместе не выезжали.

- Мам, совсем недавно ты ругала меня за то, что я не посещаю университет. А теперь сама хочешь увезти меня из страны, причем почти в конце учебного года, перед самыми экзаменами.

- Конечно, ты прав. Учеба прежде всего, – согласилась Антонелла.

- Что вообще тебе взбрело в голову поехать в Испанию?

Она вздохнула.

- Так нужно, сынок.

- Ну, так поезжай одна.

- И, действительно, Антонелла, - к разговору присоединалась Паула. Они сидели в гостиной квартиры Антонеллы. – Зачем тебе тащить детей через океан? Нико будет готовиться к экзаменам. Уж я проконтролирую, не беспокойся. А Лу прекрасно поживет у нас. Она уже почти выздоровела. Правда, малышка?

Лу закивала в ответ.

- Ну, правда, мам, - законючила она, - я тоже не хочу ехать в Испанию.

- Вы просто режете меня без ножа. Я же там с ума сойду от беспокойства. Особенно за тебя, - Антонелла строго посмотрела на сына.

- Не беспокойся, все будет хорошо, - заверила ее Паула. – Обещаю, что мы будем звонить тебе каждый день, и в конечном итоге ты сама пошлешь нас к черту, чтобы мы тебе не надоедали.

Антонелла улыбнулась.

- Ну, ладно, уговорили. Где там был мой чемодан?

ГЛАВА 79

Антонелла зашла в офис и сразу направилась к компьютеру. Она ожидала договор от клиентов с их условиями сделки. Обнаружив договор в почте, она тут же прияналсь читать его. Добавленные пункты ее устроили.  Она нажала кнопку селектора.

- Зайди ко мне.

Спустя минуту в кабинет вошла секретарша.

- Клара, - Антонелла сразу перешла к делу, - пришел договор от компании «Торнадо». Я сейчас отправлю его тебе по почте. Распечатай и принеси мне на подпись.

- Хорошо, сеньора.

Антонелла откинулась в кресле и облегчонно вздохнула.

 - Сегодня удивительно хорошо начался день. Будем надеяться, что никакие кретины нам его не испортят.

Секретарша улыбнулась в ответ.

В дверь постучали. Женщины обернулись на стук. На пороге стоял Николас. Антонелла сразу сникла.

- Значит, все-таки испортят, - пробормотала она. – Ты свободна, Клара. Что тебе нужно? – спросила Антонелла, как только секретарша вышла.

- Да вот, зашел узнать, как поживаешь, - Николас подошел к столу и, заложив руки в карманы, сверху вниз смотрел на бывшую жену.

- Как видишь, прекрасно. И было бы еще лучше, если бы не видела тебя.

- С чего вдруг такое отношение? – Николас облокотился на столешницу. – Мне помнится, совсем недавно ты извивалась в моих объятьях и пылала от моих поцелуев. И если я не ошибаюсь, тебе нравилось.

- Ты ошибаешься, - она нахмурилась.

- Разве? – он обошел стол и схватил ее за локоть. Антонелла резко вскочила. Они со злостью смотрели друг на друга. И тут Николас поцеловал ее. Она почувствовала, как грубо его губы впиваются в ее рот, а его руки обнимают ее. Она попробовала оттолкнуть его, но он еще сильнее сжимал ее. Наконец, он оторвался.

- Ну, что теперь скажешь? – Николас тяжело дышал.

- Скажу, что ты отвратителен. Удав и тот целует сильнее, - она снова попыталась высвободиться. – Пусти, мне больно.

- Тебе больно?! – он тряхнул ее, - А знаешь, как было больно мне, когда утром я проснулся, а тебя нет? – Николас замолчал и ослабил руки. - Как все просто, Антонелла, - с горечью произнес он. – Пришла, получила то, что хотела и ушла.

- Я не использую людей, как туалетную бумагу, - ответила Антонелла.

- Тогда как ты их используешь, Антонелла? Как ты использовала меня?

- Ты идиот! – не сдержавшись, выкрикнула она. – Что за бредовые мысли  приходят к тебе в голову? Если твои мозги засорились, достань их и хорошенько почисть щеткой.

- Ты всегда была остра на язык, но сегодня этот номер не пройдет. Я намерен получить то, зачем пришел.

Антонелла насторожилась.

- О чем это ты?

- Сейчас узнаешь и прочувствуешь на себе, что значит пользоваться человеком, а потом выбрасывать, - и Николас снова набросился на нее. Антонелла вырывалась, но он крепко держал ее в своих объятьях и целовал, целовал все, что попадалось ему на пути: шею, щеки, нос, губы.

Вдруг кто-то резко схватил его за плечо.

- А ну, отпусти ее!

Николас остановился. Отпустив Антонеллу, он быстро развернулся и, размахнувшись, ударил Мартина в челюсть. Завязалась драка. Антонелла вжалась в стену, наблюдая за происходящим. Она не пыталась вмешаться, лишь  иногда вздрагивала.

Мужчины отчаянно дрались. Они схватили друг друга за грудки и таскали по кабинету. Николас пытался свалить соперника, но Мартин оказался проворней. Он подставил подножку, и Николас с грохотом повалился на пол. Мартин сел на него свеху и заломил руки. Николас дернулся.

- Пусти!

Мартин отпустил его и протянул руку, чтобы помочь, но Николас поднялся сам.

- Ну, наконец-то! – с тяжелым выдохом произнесла Антонелла. – А теперь пошли  вон отсюда. Оба!

- Но, любимая… - возразил Мартин.

- Я сказала: оба. Иначе я вызову полицию. И тогда один сенатор и один главный архитектор получат несколько суток ареста, пару тысяч долларов штрафа и отличную рекламу своей деятельности.

Мужчины враждебно посмотрели друг на друга, потом снова на Антонеллу.

- Ну? – она взяла телефонную трубку.

Николас развернулся и пошел к двери, вслед за ним из кабинета вышел Мартин.

Когда закрылась дверь, Антонелла молча опустилась в кресло и огляделась. Кругом царил беспорядок. Да что там говорить, половина офиса была просто снесена.

- Кретины! – прошипела она. – Как же вы мне надоели!... Клара, - Антонелла нажала кнопку селектора и позвала секретаршу, - отправь уборщицу в мой кабинет.

«Нет, так больше не может продолжаться», - думала Антонелла по дороге домой. – «С этим надо что-то решать. Но что?». Она не знала. Вернее, она знала, но не понимала, каким образом все провернуть и без особого ущерба для себя. Николас будет в ярости, узнав, что она обворовала его. Конечно, это единственная возможность прекратить шантаж Мари-Инес – здесь Паула совершенно права. Но как быть со всем остальным? Честно говоря, замуж за Мартина ей уже не хотелось. И не потому, что жизнь ее перевернулась на сто восемьдесят градусов, а потому, что она вдруг поняла, что не может найти ему места. «Ты просто устала», - утешила она себя. – «Тебе нужно отдохнуть». Все правильно. Надо забрать детей и махнуть куда-нибудь, в Европу, например. Антонелла даже представила, как они с Лукрецией и Николасом-младшим гуляют по мадридским улочка или разглядывают картины в музее «Прадо». Да, именно так. И там, в этой размеренности, тишине и покое у нее будет время подумать и разобраться со своей жизнью. Возможно, и место Мартину найдется, и под каким соусом подать Николасу известие о краже, она придумает. Итак, решено! Семья Пиовано едет в Испанию! На душе сразу стало легче. Антонелла даже непроизвольно улыбнулась. Доехав до перекрестка, она свернула направо и поехала в больницу к дочери. Пожалуй, ей пора выписываться. 

ГЛАВА 78.

Николас просматривал бухгалтерский отчет. Он просматривал его снова и снова, просчитывал цифру за цифрой, но никак не мог получить конечный результат. Все сходилось, а вернее, не сходилось на огромной сумме, которая в одночасье исчезла со счетов его корпорации. Точнее, она исчезала маленькими частями, потихоньку, и в итоге вылилась в несколько сотен тысяч долларов.

Николас набрал номер телефона.

- Слушаю,  - ответили на том конце провода.

- Послушай, Томас, я для чего плачу тебе зарплату? – Николас сразу повысил тон.

- Не понял…

- Ах, ты не понял?! – от возмущения Николас вскочил с кресла. – Я плачу тебе зарплату за то, чтобы все деньги, которые поступают на счета компании, оставались там же, а не исчезали таинственным образом. Ты писал годовой отчет?

- Д-да, - Томас начал заикаться.

- Ты – человек с высшим бухгалтерским образованием, так как ты мог не заметить, что цифры в отчете не совпадают?

- Я заметил, - оправдывался мужчина, - но я подумал…

- Что ты подумал?! Идиот! Знаешь, что я сделаю? Я повешу на тебя эту сумму, и ты мне ее выплатишь. Всю, до сентаво. Бухгалтер  ты, и деньги прошляпил тоже ты. Так что, давай, можешь начинать закладывать дом, машину и что там у тебя еще есть из имущества.

Николас бросил трубку. Он был вне себя. Что за скопище идиотов работает в фирме? Он был уверен, что бухгалтер здесь ни при  чем. Но деньги же исчезли! И ему это очень не нравилось.

Карло Пекеньо осторожно положил трубку. Только что услышанный диалог поверг его в шок. Похоже, кто-то ворует у отца деньги. И ему следует с этим разобраться.

ГЛАВА 77.

Они выехали на Авенида Ассесо Оесте. Им предстояло проехать всего лишь полчаса, чтобы добраться до самого лучшего в мире зоопарка, что в нескольких километрах от Лухана. Город постепенно сменился сельским пейзажем. Ветер пробивался сквозь открытое окно, теребил волосы и свистел в ушах. Нико смотрел на дорогу, периодически бросая взгляд на ту, что сидела рядом. Иногда их глаза встречались, и они улыбались друг другу. Он взял ее руку в свою и поднес к губам. От кожи пахло чем-то сладким, цветочным. Нико невольно потянул носом и снова поцеловал ладошку.

Миновав пропускной пункт и выехав на автостраду, молодой человек вдавил педаль газа в пол, и машина понеслась по асфальту, подгоняемая звучавшей из динамиков музыкой, что делало поездку еще более приятной.

Очень скоро показался нужный им указатель, а почти следом за ним, с левой стороны от трассы, сверкая в солнечных лучах, красовалась яркая вывеска «Зоопарк Лухана». «Шевроле» свернул на подъездную дорогу и остановился на стоянке рядом с входом.

Смотритель проводил их внутрь и показал основной маршрут, по которому следовало двигаться. Нико и Клаудиа взялись за руки и отправились по указанному пути. В отличие от других, в зоопарке Лухана на зверей можно было не только смотреть, но еще и трогать, и Нико с нескрываемым восхищением наблюдал, с каким удовольствием  Клаудиа каталась на слоне или гладила развалившегося на солнце тигра. Она забавлялась, словно ребенок и подчас не скрывала своих эмоций, взвизгивая от переполнявших ее чувств.

Позже, кода они целовались в машине, девушка вдруг отстранилась и серьезно посмотрела на Нико.

- Что с тобой? – спросил он. – Что-то не так?

- Нет, все в порядке, - она покачала головой. – Но меня беспокоит один человек.

- Кто?

- Твой друг Карло.

Нико напрягся.

- Почему?

- Видишь ли, - начала Клаудиа, - какой-то он странный в последнее время. На днях я столкнулась с ним в дверях кабинета босса. Мне показалось, он подслушивал.

- Я думаю, ты ошибаешься, - постарался заверить ее Нико. – Зачем ему подслушивать?

- Вот и я об этом же думаю. Зачем?

- Выбрось из головы, - парень притянул к себе девушку, - и лучше поцелуй меня.

Она улыбнулась и подставила губы для поцелуя.

Джип остановился у небольшого обветшалого здания. Дверца открылась, и на асфальт ступила маленькая ножка в изящной туфельке. Мари-Инес посмотрела по сторонам. К ней подошла скромно одетая женщина и, ни слова не говоря, поманила ее рукой. Мари-Инес пошла вслед за женщиной.

Перед входом в здание находилась вывеска «Городская больница». Пройдя по темным коридорам, женщины оказались перед закрытой дверью. Та, что постарше, толкнула ее, и обе они очутились в палате для больных. На кровати у окна под тонким серым  одеялом, согнувшись клубком, лежала девушка.

- Она? – спросила Мари-Инес.

Женщина кивнула. Мари-Инес подошла к койке, и молчаливая женщина угодливо подала ей стул. Мари-Инес села.

- Какой у тебя срок? – поинтересовалась она.

Девушка на кровати открыла глаза и посмотрела мутным взглядом.

- Почти четыре месяца, - ответила она.

- Прекрасно. Будешь рожать?

- Аборт делать уже поздно. Но мне нечем будет его кормить. Я не знаю, что мне делать сеньора, - на глаза девушки навернулись слезы.

- Кто твой лечащий врач? – снова задала вопрос Мари-Инес, не обращая внимания на рыдания беременной девушки.

- Иногда приходит доктор Корнехо-Мехия.

- Как протекает беременность?

- Доктор говорит, что у меня будет здоровый ребенок. Доктор Федерико прекрасный человек и обещал мне помощь, если я оставлю ребенка.

- Значит так, - деловым тоном произнесла Мари-Инес, - сегодня приедут люди и заберут тебя отсюда. Ты ни в чем не будешь нуждаться. Тебе будут обеспечены все условия, чтобы ты чувствовала себя комфортно. Но с одним условием. До родов ты не должна общаться ни с кем из своих близких и друзей. Ты будешь полностью изолирована.

- Но, сеньора, я не понимаю, - в глазах девушки появился страх.

- Ты родишь своего ребенка. Родишь его для меня. Я куплю его.

- Но ведь ребенок - это же не вещь, чтобы его покупать, - возразила девушка.

- Ты согласна или нет? – прозвучал вопрос. – Или я найду другую, которая будет более сговорчивой.

Девушка сглотнула. Предложение странной сеньоры пугало ее, и в то же время, это было решением проблемы.

- Я согласна, - почти шепотом произнесла она.

- Отлично! – Мари-Инес встала. – И помни, что никто не должен ничего знать. И доктор тоже. Поняла?

Девушка судорожно закивала головой, не отрывая взгляда от странной женщины.

«Все идет, как нельзя, лучше, - думала Мари-Инес, отъезжая от больницы. – Эта дурочка родит ребенка, и Николас будет в моих руках. А пока нужно все подготовить». А впрочем, у нее и так все было готово.

ГЛАВА 76.

Нико опешил. Он во все глаза смотрел на стоящего перед ним отца. Слова застряли в горле, сумка с фруктами выпали из рук, стукнув об пол глухим шлепком.

- Нико, - Николас протянул руку. Он хотел прикоснуться к сыну, убедиться, что это не наваждение - так много событий за один день. Но парень вдруг резко отпрянул, развернулся и бросился бежать. – Нико! – крикнул вслед Николас.

Нико не обернулся. Он бежал, сломя голову, едва увертываясь от каталок и медперсонала. И лишь забежав за поворот, попытался отдышаться. Сердце в груди билось как бешенное. Он выглянул из-за угла – Николаса не было видно. Он спрятался и спустя какое-то время снова выглянул. Никого. Нет, пожалуй, обратно в палату он не пойдет. Не хватало еще снова встретиться с папочкой. Называется, сходил в больницу навестить сестру.

Нико подошел к лифту и нажал кнопку вызова. Двери открылись почти мгновенно. Он ехал вниз и думал, что же теперь делать. Собственно говоря, он ничего не потерял. Подумаешь, столкнулся с Николасом у палаты Лу. Это вполне можно объяснить. Только благодаря отцу сестра жива и здорова, и он имеет полное право навестить ее. Конечно, сейчас он вспомнил о своих детях. А где он был раньше? Нет, никакого прощения. Только месть! Пусть Николас утешается этой мимолетной встречей. Это не помешает Нико завершить свой план.

Но сегодня его ждут другие дела. Он достал из кармана мобильный и набрал номер.

- Здравствуй, любимая, - прошептал он в трубку, когда услышал голос Клаудии. – Надеюсь, ты помнишь о нашем свидании?

- Конечно, дорогой, - ответила девушка.

Нико отключился. Нет, все-таки жизнь – непредсказуемая штука. Выйдя из лифта и добравшись до стоянки, он завел машину и выехал на дорогу. Сегодня они с Клаудией идут в зоопарк. Он усмехнулся. Как маленькие дети, честно слово. Но она так просила, что Нико не смог отказать. В зоопарк, так в зоопарк.

Николас смотрела вслед убегавшему сыну. Он испытывал очень смешанные чувства. С одной стороны, радость от знакомства с дочерью, а с другой - боль и сожаление от встречи с сыном. Да, Нико вправе на него злиться. Как бы он хотел объяснить ему, что не виноват. В горле запершило, на глаза навернулись слезы. «Ты превратился в нытика», - сказал он сам себе. – «Права была Антонелла, когда назывался тебя гусаком. Гусак ты есть. Нытик и гусак». Николас осмотрел коридор. Ну, и что он ждет? Он повернулся в противоположную сторону от той, куда побежал сын, и медленным шагом побрел в кафетерий.

В больничном кафе было занято несколько столиков. Николас подошел к тому, за которым сидели Анна и Виктор.

- Ничего, если я к вам присоединюсь? – спросил он.

- Конечно! – воскликнула Анна.

Николас отодвинул стул и плюхнулся на него. Возникло молчание. Пожилая пара смотрела на мужчину, который сидел, обхватив голову руками.

- Может, заказать кофе, Николас? – осторожно спросил Виктор.

- Что? – Николас оторвал голову от рук, - Да, было бы не плохо. Я сейчас принесу.

Он встал и направился к барной стойке. Бармен живо налил ему три чашки кофе и помог отнести к столику.

Николас сделал глоток. Горячая жидкость слегка обожгла горло. Анна и Виктор тоже отпили из своих чашек.

- Что мне делать? – наконец произнес Николас.

- Лукреция – славная девочка, - начала Анна. – Вы обязательно подружитесь.

- Я был бы этому очень рад. Дочь – это что-то особенное. Теперь я понял, как были неправы мои знакомые и друзья, когда говорили, что мужчине нужен только сын. У меня два сына. Но именно сейчас, там, в палате, я понял, что значит быть отцом, и какое это счастье, когда у тебя есть дочь. Как она смотрит, как говорит, как ведет себя. Ты можешь многому научить ее. Ведь она, как маленькая принцесса… Моя принцесса!... Что же ты наделала, Антонелла? – последнюю фразу он сказал, как будто в пустоту.

Анна взяла его за руку. Он посмотрел на нее печальными глазами.

- Прости ее. Я не могу точно знать, что именно произошло в вашей жизни. У каждого из вас своя история.

- Я не виноват, - Николас покачал головой.

- Сейчас это уже неважно. Прошло много лет. Я думаю, что вам нужно просто поговорить и постараться простить друг друга.

- Вы думаете, мы не разговаривали? Она уверена, что я – предатель. Скрыла рождение дочери, настроила сына против меня, собирается замуж за какого-то Мартина Суареса. И при всем, при этом, говорит, что любит меня. Какое  свинство с ее стороны так издеваться надо мной!

- Не будь эгоистом, Николас, - в разговор вступил Виктор. – Антонелла тоже страдает.

- Интересно знать, от чего? - Николас начал злиться. – Я сейчас столкнулся  с Нико, так он бросился от меня, как от прокаженного.

- Нико вообще трудный мальчик, - произнесла донья, - Но он очень добрый. Дай ему время.

- А кто даст это время мне? Я устал биться о стену, доказывая свою правоту и невиновность. Неужели так трудно было просто поздороваться?

- Ты не появлялся в его жизни столько лет. Что ты теперь от него хочешь? Чтобы он бросился к тебе на шею?

- Я бы с удовольствием появлялся, если бы Антонелла не лишила меня этого права.

- Почему же ты не расскажешь об этом Нико? – спросил Виктор.

Николас вздохнул.

- Потому что он не дает мне этой возможности.

- А как же Мари-Инес? – поинтересовалась Анна.

- Что с Мари-Инес? – Николас внимательно посмотрел на донью.

- Мари моя племянница. И она ждет от тебя ребенка. Она любит тебя и верит тебе.

- Я не отказываюсь от ребенка. Он будет обеспечен всем необходимым. Но жениться на Мари-Инес я не намерен.

- На ком же ты тогда намерен жениться?

- Теперь уже не знаю, - задумчиво произнес Николас.

ГЛАВА 75.

- Вы кто? – снова спросила девочка.

- Я пришел навестить тебя, - произнес Николас первое, что пришло в голову.

Она рассмеялась.

- Вы такой смешной и глупый.

- Почему? – он сделал несколько неуверенных шагов вперед.

Он двигался как во сне. Еще вчера он сам себе не хотел признаться, что безумно боится этой встречи, а сегодня он стоит в палате и разговаривает со своей дочерью. Ему все казалось невероятным. А девочка смотрела на него широко  открытыми глазами, ничуть не смущаясь.

- Почему я смешной и глупый? – Николас повторил свой вопрос.

- Вы напоминаете мне осла, который случайно забрел не в свой огород, - бойко ответила Лу.

Николас невольно рассмеялся. Невероятно! Антонелла дубль 2! Только она может выдать что-нибудь этакое, от чего порой просто уши вянут.

- Почему Вы смеетесь?

- Ты напомнила мне одного человека, - ответил с улыбкой Николас.

- Вы не ответили на мой вопрос. – Лу вдруг стала серьезной. – Кто Вы?

Мужчина тоже стал серьезным. Это был самый сложный вопрос, на который ему приходилось отвечать.

- Я, - начал он  и замолчал. «Ну, давай же, скажи ей!» - предательски подстрекал внутренний голос. – Я, - снова начал он и, выдохнув, закончил: - донор!

- Кто? – удивилась Лу.

- Донор, - повторил Николас. – Тебе нужна была кровь, а у меня как раз оказалась именно та группа, которая была необходима.

«Господи, что он несет?!»

- Значит, Вы мой спаситель?

- Ну, можно и так сказать, - он слабо улыбнулся. – И я бы хотел подружиться с тобой, если ты непротив.

Девочка наклонила голову и посмотрела на него, слегка прищурив глаза. Ей понравился этот странный человек.

- Пожалуй, я буду с Вами дружить, сеньор, - с достоинством произнесла Лу и протянула руку.

- Вы сделали меня безмерно счастливым, сеньорита, - Николас поддержал игру и галантно поцеловал маленькую ручку.

Они посмотрели друг на друга и вдруг одновременно засмеялись. И все было позабыто: и боль, и сомнения, и страх. В один миг Николас почувствовал невероятную близость и огромную любовь к девочке, своей дочке, названной в честь его бабушки Лукрецией. Он протянул ей подарки, которые все еще держал в руках.

- Это тебе, - сказал он.

Она взяла игрушку и пакет с апельсинами.

- Это самый красивый медвежонок, которого мне когда-либо дарили, - произнесла она, - Спасибо.

Николас смотрел на нее, и ему хотелось, чтобы время остановилось. Он наклонился к дочери и заговорщески прошептал:

- Это ты самая красивая девочка в мире. И мне бы хотелось, чтобы наша с тобой дружба стала нашим большим секретом.

- Почему? – она непонимающе посмотрела на него.

- Видишь ли, есть люди, которые против нашего знакомства. Им необязательно знать, что мы подружились.

- Это плохие люди?

- Нет,  хорошие. Но пока не стоит рассказывать им.

- То есть, это будет для них сюрприз?

- Это будет для них большой сюрприз, - Николас улыбнулся и поднес палец к губам. – Но мне уже пора. Я навещу тебя завтра.

- Обещаешь?

- Обещаю, - он поцеловал ее в щеку.

Ему очень не хотелось уходить, но он чувствовал, что должен это сделать. Он еще раз улыбнулся девочке и направился к двери. У порога он обернулся и послал девочке воздушный поцелуй. Она помахала ему в ответ. Николас открыл дверь и застыл.

- Нико?

ГЛАВА 74.

- Здравствуйте, донья Анна, - поздоровался Николас. Он остановился у порога и, не сводя глаз, смотрел на сидящую в кровати девочку – его дочь.

- З-здравствуй, Николас, - ответила Анна, заикаясь. Происходящее казалось невероятным. Только что они с Лу говорили об ее отце и вот, как по мановению волшебной палочки, этот самый отец возник на пороге. Донья не знала, что делать:  уйти и позвонить Антонелле или остаться и посмотреть, что произойдет. Она так и стояла, выставив одну ногу вперед, с открытым ртом и вытаращенными глазами, как застывшая статуя.

- А вот и я! А что я принес, -  в палату почти влетел (не стоит забывать о возрасте) Виктор и тут же столкнулся со стоящим  у двери Николасом. – Моей принцессе, - еле слышно договорил он.

- Здравствуйте, Виктор, - поздоровался Николас.

- Да-да-да, - затараторил сеньор Альяга, - Здравствуйте, Николас! – и протянул руку для приветствия.

Николас пожал руку и снова посмотрел на дочь. Он чувствовал себя сейчас дураком. Нет, не просто дураком, а бараном, который уставился на новые ворота. Ворота действительно были новые. Конечно, не хорошо так называть свою дочь, но другого определения он подобрать не мог. Он держал в одной руке плюшевого медведя, в другой – пакет с апельсинами. И просто не знал, что ему делать.

- Вы кто? – спросила Лу.

Николас сглотнул. Такой простой вопрос, но как же трудно на него ответить.

- Я..., - начал он.

- Сеньор Альяга, - перебила его донья Анна, - а не выпить ли нам по чашечке кофе?

- Да-да-да, - снова затараторил Виктор. – Вы что, с ума сошли?! – воскликнул он, когда  Анна, схватив его за руку, просто выпихнула из палаты. – Оставить их одних! Он же… А Антонелла… Если она узнает?!

- Она не узнает, - заверила донья. – А девочке уже давно пора познакомиться со своим отцом.